Студенческие годы
Страница 1

Религиозная настроенность нисколько не ослабела у Иоанна в годы учения в Архангельской семинарии; впечатления, вынесенные из семьи, были слишком сильны. "Знаешь ли, - говорил он позднее в беседе с игуменией Таисией, - что прежде всего положило начало моему обращению к Богу и еще в детстве согрело мое сердце любовью к Нему? Это - Святое Евангелие. У родителя моего было Евангелие на славяно-русском языке. Любил я читать эту чудную книгу, когда приезжал домой на вакационное время, а слог ее и простота речи были доступны моему детскому разумению. Я читал и услаждался ею и находил в этом чтении высокое и незаменимое утешение. Это Евангелие было со мной и в духовном училище. Могу сказать, что Евангелие было спутником моего детства, моим наставником, руководителем, утешителем, с которым я сроднился с ранних лет"[13]. В семинарии Иоанн был старшим над архиерейскими певчими. В последние годы, проведенные в семинарии Сергиев с горячей любовью занялся богословием. Он торопился запастись знаниями, еще не зная, когда и где ему придется приложить их. Особенно часто останавливалась его мысль на тайне искупления, домостроительства спасения. В юноше росло сознательное религиозное чувство[14]. Со средней духовной школой Иоанн простился заранее приготовленной речью: "Преосвященный Владыко и вы, достопочтеннейшие посетители! Не много бывает для нас таких дней, каков нынешний, когда для поощрения образующегося здесь духовного юношества сделано все, что только может действовать особенным и приятным образом на молодой ум и сердце юноши, возбуждать поддерживать и усиливать в нем стремления ко всему доброму и полезному. Вызванные сюда от скромной безмолвной жизни ученика, мы считаем для себя счастливыми и драгоценными те часы, в которые столь несоответственно нашему прежнему состоянию так ярко, разнообразно украсили вы ныне это важное для нас поприще испытания. Редки в нашей жизни дни столь торжественные для нас; но чем они реже, тем более увеличивают силу впечатлений на наши умы и сердца, тем сильнее пробуждают в нас сознание собственно благополучия, тем более возбуждают в нас чувства живейшей признательности к виновникам этого торжества. Нет нужды говорить, что ваше присутствие здесь, ваше внимание к нам составляют теперь нашу радость, наше удовольствие и наше торжество"[15].

В 1851 году он с отличием закончил семинарский курс. Ввиду таких успехов местное духовное начальство назначило его на казенный счет в Петербургскую Духовную Академию, что в тогдашнее время было большой редкостью. Приезд в столицу и поступление в Академию не изменили Иоанна Сергиева: он оставался все тем же религиозным юношей, сосредоточенным, со своей обособленной внутренней жизнью.

В том же 1851 году у Иоанна скончался отец. Мать и две сестры остались на попечении молодого студента. Зная, что мать лишилась единственной поддержки в старости, Иоанн Сергиев, побуждаемый чувством сыновней любви, решил заменить покойного отца. В ущерб своим учебным занятиям он принял предложенное место письмоводителя в Академии с жалованием 9 рублей в месяц, и все деньги стал отсылать осиротевшей матери[16]. Это место дало ему, кроме жалования, еще и уединение. Письмоводитель пользовался особой "своей" комнатой - благом, которого были лишены остальные студенты. Письмоводительская контора стала местом первых молитвенных и подвижнических трудов Иоанна Сергиева[17].

Больше всего Иоанна Сергиева занимала заповедь о всепрощении смирении и любви побеждающей. Он много думал об этих христианских добродетелях и мало-помалу приходил к убеждению, что здесь - сила и центр христианства, что к Богу и торжеству Его правды ведет один путь - путь смиренной любви.

Очень часто можно было видеть Иоанна Сергиева ходящим по аллеям академического сада. Сад напоминал ему любимые архангельские леса. Юноша любил размышлять и чаще всего думал о жертве, принесенной на Голгофе, о тех народах, которые не знали Христа Спасителя. Ему было до слез жалко этих людей, не коснувшихся ризы Христовой, и он рвался туда, к ним, проповедовать о Христе, звать людей в светлое христово Царство. Одно время твердо сложилось у Сергиева решение принять монашество и поступить в миссионеры идти в далекий Китай, или в глубь Северной Сибири, или Америки к незнающим Христа. Но мало-помалу с этим решением вступили в борьбу новые мысли. Он убедился, что в столице и ее окрестностях очень и очень много работы истинному пастырю стада Христова. Разрешение своим сомнениям Иоанн Сергиев искал в молитве. В это время повторилось его детское видение, но в более ясной форме.

Страницы: 1 2


Другое по теме:

Мантика (фынь-шуй)
Очень крупную роль среди магическо-религиозных обрядов, связанных с даосизмом, играла система так называемой геомантики — гадания о свойствах земли, вернее, о свойствах местности: по-китайски фынь-шуй («ветер и вода»). Согласно верованию, каждая местность находится по ...

Учение Лао Цзы
Около VI в. до н, э. сложилось учение полулегендарного философа Лао Цзы, имя которого означает буквально «старый философ». Учение Лао Цзы было изложено с его слов и отредактировано после в виде небольшой, но интересной философской работы (которая оказала очень существ ...